Herby – витамины, спортивное питание, косметика, травы, продукты

ГЛАВА 14

Шторм буйствовал двое суток, и только утром третьего дня солнце наконец прорезало тучи и ветер унялся. Ровно в полдень у причала, где стоял «Решительный», с тихим шелестом затормозил серебристый лимузин Хлои. У задней дверцы в терпеливом ожидании замер безупречно причесанный водитель.

Бетани стояла у штурвала, Харлей накрывал свою дозорную вышку защитным чехлом: они устанавливали ретрансляционную связь приборов ночного видения с мостиком.

— У меня одна каша на экране, Харлей. Связь никуда не годится…

И в этот момент Бетани увидела журналистку, выбирающуюся из люка с записными книжками под мышкой. Медленно и задумчиво Хлоя двинулась к мостику, касаясь на прощание поручней и страховочных тросов — таких знакомых, таких любимых…

— Погоди‑ка, Харлей, — сказала Бетани.

В дверь рубки постучались.

— Входи, Кло.

В глазах рок‑звезды стояли слезы.

— Я возвращаюсь домой, Бетани. Но я не хочу!..

Бетани крепко обняла подругу.

— Одни служат на флоте, Кло, а другие — нет. Одни трудятся за кулисами, другие купаются в лучах славы. — Она взглянула красавице‑хорьчихе в глаза. — Но все это не имеет значения. Являй миру красоту.

Журналистка испуганно вздрогнула.

— Ты ее видела?! Ах, какая она была прекрасная… Сколько любви!.. Мне казалось, это был сон…

— Наверное… Но я ее никогда не забуду.

Наступила долгая тишина: обе хорьчихи погрузились в воспоминания.

— А радужный мост? Он тебе тоже приснился?

— Нет! — воскликнула Хлоя. — Это был не сон!

Она замерла на мгновение, потом смахнула со щеки слезинку.

— Я на самом деле это видела. — Голос ее упал до шепота. — Моя мама говорила, что однажды, когда моя жизнь подойдет к концу…

Бетани кивнула:

— Моя тоже.

Хорьчиха Катринка тоже видела это, когда пришел ее смертный час. И это был не сон. Она видела все это наяву и рассказывала дочке все, что видит. И она была счастлива. От той ночи в памяти Бетани запечатлелось только то, как счастлива была ее мать в свои последние мгновения — в тот самый последний миг, когда ослепительно яркая радужная вспышка внезапно озарила комнату.

«Быть может, радужный мост принадлежит иному миру, — подумала Бетани, — но где‑то он точно есть. Он настоящий».

Они еще немного поговорили о том, что приключилось с ними в те минуты на мостике «Исследователя» и как это чудо преобразило их обеих. Что бы то ни было — видение ли пути на небеса, открывающегося перед хорьками в смертный час, или просто утешительная галлюцинация, — ни одна из них не поделится с другими хорьками воспоминаниями об этом еще долгие, долгие годы.

Наконец Бетани повернулась и включила громкоговоритель.

— Всем собраться на палубе в средней части, — негромко скомандовала она и двинулась вслед за подругой вниз по трапу.

Еще мгновение, — и Хорьчиху Хлою обступила дружная семья, сплоченная не узами родства, а единым стремлением — спасать от смерти других зверей, рискуя собственной жизнью.

— Мы понимаем, что ты должна нас покинуть, — проговорила Бетани. — Но нам жаль с тобой расставаться. Ты навсегда останешься членом нашего экипажа.

Харлей кивнул и ухмыльнулся.

— Можешь спеть для меня, Кло. В любой момент — когда захочешь.

Рок‑звезда обняла его и погладила по мускулистой спине.

— Милый, смелый Харлей, — прошептала она. — Я буду петь для тебя всегда.

Даймина, пропахшая мастикой, в сбитой набок фуражке, примчалась со своего поста позже других. Увидев, что Хлоя покидает их, она в отчаянии закрыла мордочку лапами.

— О, Кло…

— Выше нос, Даймина, — сквозь слезы проговорила рок‑звезда, сжимая в объятиях маленькую хорьчиху, которая в этот миг казалась совсем щенком. — Мы с тобой — друзья навек! Идет?

Собравшись с духом, дозорная кивнула.

— Ты лучше про узлы не забывай, — проворчал Боа. — В один прекрасный день они тебе жизнь спасут. То есть может статься…

Отказавшись пожать механику лапу, Хлоя предпочла его медвежьи объятия.

— Не забуду, — выдохнула она.

— Настоящий моряк, — одобрил Боа.

А Хлоя, прежде чем высвободиться из его лап, к удивлению обоих шепнула:

— Напиши мне, Боа!

Тут подошел проститься и энсин.

— Для нас было огромной честью выйти с вами на задание, мисс Хлоя, — церемонно промолвил он.

— Ох, Винсент! — Хлоя покачала головой и без всяких церемоний двинулась к нему с раскрытыми объятиями.

Винсент рассмеялся и попятился.

Она еще немного помедлила у сходней. Подняв голову, она посмотрела на флаг Спасательной службы.

— Если в я не потеряла шляпку, я бы взяла под козырек… — вздохнула она.

— Ты не потеряла шляпку, Кло, — возразила Бетани. — Ты ее нашла!

И с этими словами Бетани сорвала с головы капитанскую фуражку и водрузила ее на голову рок‑звезде. Подумав секундочку, она сняла и вишнево‑лимонный шарф и повязала его на шею подруге.

— Мы тебя любим, Кло!

От волнения у Хлои перехватило горло, и она снова чуть не расплакалась. Встав по стойке смирно, она отсалютовала судовому флагу, потрепанному в боях со стихией, повернулась и нырнула в лимузин. Водитель захлопнул дверцу.

Хорьки‑спасатели с «Решительного» проводили ее взглядом. Но сквозь затененное стекло машины они разглядели только прощальный взмах ее изящной лапки.

— Ну вот, — сказала Бетани. — Прекрасная хорьчиха.

— Да‑да… — пробормотали остальные хором.

Бетани выпрямила спину, подавляя слезы.

— В 15:30 у нас тренировка, — заявила она. — А завтра в 6:00 мы заступаем на дежурство. Все готовы?

— А я уже по ней соскучилась, — пискнула Даймина.

— Не ты одна, — проворчал Боа.

— А мне почему‑то кажется, что мы ее еще увидим, — сказала Бетани. — Ну, что ж…

Она развернула плечи.

— У нее своя работа, а у нас — своя. Харлей, надо наладить наконец эту камеру! Надеюсь, мы успеем до тренировки?